НАПОЛЕОН, как его видит историк Борис Кипнис. Лекция 2. ШКОЛЬНЫЕ ГОДЫ

Продолжение публикаций уникальных лекций петербургского военного историка Бориса Григорьевича Кипниса из собрания Музея. От первого рассказа — о рождении и раннем детстве Наполеона — мы движемся дальше, к обучению в школе. Как известно, образование — серьезная составляющая в жизни будущих легендарных полководцев. Как складывались отношения маленького Наполеоне в школе, какие предметы и науки его занимали, какие книги формировали его душу... и «как же девочки?»... Лекции публикуются одновременно в аудиоформате (3 фрагмента) и в виде текста (расшифровка).

Илл.: Трафарет на острове Эльба /
фотография Димтрия Ржанникова, 2014
Расшифровка и набор: Татьяна Панфилова
Слушательницы: Аня Амасова и Аня Царева —
одна из дочерей Б.Г.
Читает: Борис Григорьевич Кипнис

Борис Кипнис. НАПОЛЕОН: ШКОЛЬНЫЕ  ГОДЫ

Лекция вторая (фрагмент 1)

[aудиозапись] [mp3 : m4a : txt] [оригинал]

«Солома-в-носу»

Его дразнили в Бриеннской школе — за произношение. Я думаю, что именно это вынудило его серьезно заняться французским языком и исправить произношение. Из-за этого его акцента он вообще неверно произносил французские слова, коверкая их. Но и собственное имя, в его произношении, — оно было необычным для французов.

Наполеоне – это итальянское имя. (Святого Наполеона — день его празднуется 15 августа вместо Святого Роха — придумали, когда наш герой станет императором, это будут его именины, которые отмечаются всей страной. А во время Реставрации — в 1814, вернули день Святого Роха, выкинув «Наполеона».) Для французского языка оно звучало — для нас это может показаться странным — как «Лапайоне». Наполеоне — «соломинка в носу». Так его и дразнили — Солома-в-носу. 

Но — правда, [произошло это] постепенно — не рисковали при этом оказываться рядом и [вообще] в пределах достигаемости в процессе бега. Потому что, если он догонял — мало, тому, кто дразнился, уже не казалось.  И наказание: карцер, оставление без сладкого, без ужина — Наполеоне не пугали. Уже тогда он показывал, что честь — дороже сытого желудка. Можно сказать точно, что он бы, маленький Наполеон, никогда бы не продал за чечевичную похлебку право первородства.*

* отсылка к Книге Бытия, история Исава и Иакова.

«Я – человек»

Конечно, в этом возрасте — 10-11 лет — он еще не мог читать великих французских философов-просветителей, но по воспоминаниям его педагогов, именно в это время, когда учитель географии (или это был инспектор классов?), недовольный его поведением, — тем, что он дрался и не хотел виниться,—  строго спросил: «Да кто же ты такой, что ты так себя ведешь?» Мальчик (а вы представьте себе — худенький, небольшого роста; казалось бы: в чем душа здесь держится?), выпрямившись, гордо ответил: «Я – человек».

Вот это (у нас нет особенных оснований сомневаться в правдивости этого эпизода) стало паролем на многие годы для него.

Когда я задумываюсь, во что он сам себя превратил; и во что мы сами вообще себя превращаем, пок проживаем свою жизнь, — мне становится грустно. Он, который в 10-11 лет понимал, что он человек, став зрелым мужчиной, великим полководцем, императором, главой огромного государства, не хотел видеть в своих подданных, своих солдатах, в противнике, с которым сражался, и солдатах противника – че-ло-ве-ка.

Куда делось это правильное понимание жизни? Куда оно вообще исчезает у нас, по мере того, как мы взрослеем и привыкаем жить среди взрослых? И, когда я размышляю о его трагедии, о том, как закончилось его поприще, я думаю, это было наказание. За то, что он забыл, что и другие — тоже люди.  

(фрагмент 2)

[aудиозапись] [mp3 : m4a : txt] [оригинал]

На штурм знаний!

А вот когда я думаю о Наполеоне-школьнике, мне хочется, чтобы современные и мальчики, и девочки, и подростки, и юноши, и девушки в этом брали с Наполеоне пример. Он любил учиться. Учиться ему было интересно. Он набрасывался на знания, на книги, как потом набрасывался на противника на поле боя. Он штурмовал книги, как штурмуют крепости. Не ради разрушения, а ради того, чтобы извлечь бесценный плод знаний.

Математика

Природа его была такова, что первый предмет и первая наука, которая покорила его, и которой он отдал себя навсегда, была математика. Не удивительно, что потом он стал артиллерийским офицером. С такой истовой привязанностью к математике, с любовью к ней, другого пути, в общем, не было, если он хотел служить в армии короля.

Причем, он так любил математику, он так чувствовал ее своим великолепным логическим разумом, что оставил нам сборник своих математических задач. Они были написаны, судя по всему, уже в более зрелом возрасте — возможно, когда он уже был знаменитым генералом, но еще до того, как стал императором. Он написал этот сборник, когда за победу над австрийцами и освобождение Италии стал членом Академии (бессмертным, — так у них называют академиков). Он существует — этот сборник задач Наполеона. И математические задачи, им разработанные — не для новичков-первокурсников. Я так понимаю, что задачи Наполеона, очевидно, по высшей математике.

История

Вторая наука, которой он точно также подарил свое сердце и которой занялся достаточно профессионально в последние годы жизни, отбывая уже пожизненную ссылку на острове Святой Елены, – была история.

История — царица наук. Гуманитарная и самая важная наука для человека. История превращает в человека. Тот, кто увлечется историей, получает такой великолепный материал для строительства самого себя! Ибо, изучая историю, изучая жизнь исторических деятелей и героев (а во времена Наполеона, в первую очередь изучали, конечно, именно это), любой человек узнает, каким надо быть, а каким быть нельзя — в этом я глубочайшим образом уверен.

Изучая жизнь великого человека, ученик, студент, просто читатель исторической литературы, все время подсознательно задает себе вопрос: а я бы так мог? а я бы смог такое совершить? а как бы я поступил в такой ситуации? а у меня хватило бы силы воли, силы духа? а я способен на благородный поступок? Или: а я, попади в такую же ситуацию, был бы также жесток и бесчеловечен, как эти герои? И, может быть, они анти-герои, а это — пример того, каким быть точно нельзя?

История и великие люди Греции и Рима (Египта и Древнего Востока тогда еще не знали по-настоящему) — вот кто первыми начали своим примером формировать его нравственный облик. Самыми любимыми его чтениями был Плутарх, Тацит, Плиний.

И судя по тому, что содержится в его письмах (32 тома писем Наполеона были изданы его племянником, Наполеоном Третьим, вторым императором Франции; конечно, они отредактированы — там убрано все, что не работало на легенду, на идеальный образ великого человека) — дает нам понимание, что Наполеон, конечно, находился под впечатлением от жизней и личностей Александра Македонского, Юлия Цезаря, Ганнибала и его потивника Сципиона Африканского, – это не вызывает сомнения.

Когда наступила юность, и он начал читать философов, в круг его героев вошли: Брут, Катон Утический, Эпаминонд. То есть, не только полководцы, но и государственные мужи, которые могут дать пример, как в жизни надо поступать. «Государственный муж» – это римское понятие. Это гражданин, способный быть примером в своей жизнедеятельности для всех граждан своей страны.

И вот эти герои античности стали для него примером, теми, кому он хотел бы подражать.

Жизнь в двух мирах

Можно представить себе, как он пребывал одновременно в двух мирах. В обыденном, в котором мы все пребываем, и в мире своих героев (особенно — на переменах и в свободные часы). Наполеоне ни с кем особенно не сближался и не дружил — это было очень сложно при его бедности, при его незнатности, при его гордом характере, — и все помнят его с книгой, всегда; все, кто потом его вспоминали, из числа соучеников.

Он постоянно читал. И можно себе представить, что и в дортуаре (так назывались общежитейские комнаты, где спали и готовили уроки), и в классной комнате, и в коридорах училища, и во дворе училища — он всегда с книгой. И шум голосов товарищей иногда доносится до него как бы издали. Он слышит голоса героев античной древности. Он беседует в мыслях с Цезарем, с Александром Великим. Он — солдат и офицер Ганнибала. Сципиона. Он задумывается в это время о своем пути.

Я думаю, именно так в нем стало расти желание стать офицером, посвятить себя службе армии.  Но, одновременно, и это отмечают все серьезные биографы, другое желание рождается в нем – борьбы за независимость Корсики. Он ненавидит Францию. Не животной, тупой ненавистью, а ненавистью духовной. Король Франции, французы – поработители его родины. В его представлении, как над ним пытаются издеваться соученики, так Франция и ее король издеваются над прекрасной Корсикой. 

Он не видел Корсику уже несколько лет, и в его сознаньи мальчика и подростка она становилась от этого чудесной, как сказали бы сентиментальные немцы, «островом счастья». Он там был ребенком, там осталась любимая мать, младшие братья и сестры. Остров счастья. А за счастье надо бороться. 

(фрагмент 3)

[aудиозапись] [mp3 : m4a : txt] [оригинал]

Литература и библиотека

Литература — третий его предмет и третья его любовь. Заставляя себя перестать говорить с акцентом, он понял, что это возможно лишь только в читальне. Как видно, библиотека была хороша. Это не удивительно — в те времена в учебных заведениях следили за подбором литературы. Так что, я уверен, что началось это в Бриенне, а продолжилось в Париже…

Он познал счастье чтения. В те времена тоже была литература «сегодняшнего дня» – она всегда существовала, но всего лишь прошло 100 лет, когда творили великие французские поэты и драматурги. Он читал Корнеля, Расина, Ларошфуко и Лафонтена. Думаю, что он читал маркизу де Лафайет — автора первого психологического романа о любви «Принцесса Клевская».

[Роман Мари Мадлен де Лафайет «Принцесса Клевская» до сих пор входит в школьную программу обучения Франции. Есть экранизация по сценарию Жана Кокто, где в главных ролях — Марина Влади и Жан Маре.]

И навсегда Расин остался его любимым автором. Он знал наизусть куски – это точно известно. Эти звучные стихи, полные духовной силы, полные патриотизма, любви к Родине, к человеку и осуждение тирании были очень близки его юношескому сердцу: потому что Франция тиранила Корсику. И французские драматурги были «его», конечно.

А когда он окончит учиться, то откроет для себя германскую литературу... Вернее сказать, одного германского писателя, притом, самого лучшего – Гёте. Любовь к Гете и уважение, и понимание значимости Гёте он сохранил навсегда. И не постеснялся это выразить при личной встрече. В Эрфурте, в 1808 году, когда князьки германские теснились, как лакеи, вокруг него, он давал аудиенции им по 10-15 минут. С Гете он беседовал час. Никого из немцев он не удостоил такого внимания.

И они разговаривали о предмете литературы и «чем должны вдохновляться писатели». Эта беседа запротоколирована секретарем Гёте, который присутствовал при ней. Он изложил ее тут же, после того, как они вернулись от Наполеона; Гёте перечитал ее и засвидетельствовал, что написано здесь все так, как и было. Это удивительный документ, и он доступен для нас в собрании сочинений Эккермана, секретаря Гете.

Чтобы наши читатели поняли, Гёте, по масштабу – это тоже самое, что для нас Лев Николаевич Толстой или Федор Михайлович Достоевский. Это такая же мировая величина — и вообще, для германской литературы, и для всего человечества. Боже, как бы я хотел, чтобы современное поколение детей, подростков читало Корнеля, Расина, Мольера, Бомарше, Гёте, Лессинга, Пушкина, Достоевского, Чехова. Какие бы из них могли получиться замечательные, отличные люди!

Вот для такого, как Наполеоне, это чтение даром не прошло: оно формировало и шлифовало его душу. Любимым его литературным произведением навсегда остались «Страдания юного Вертера» — та книга Гёте, которая потрясла его первая (и принесла самому автору мировую известность). В 17 лет Наполеоне был настолько под ее впечатлением, что тоже размышлял о самоубийстве. Он был одинок, и ему было очень трудно.

А как же девочки?..

А как же девочки? Иначе у нас получился бы однобокий портрет мальчика и подростка.

У нас нет никаких сомнений, что, конечно же, он был нормальным в своем психологическим и психическом развитии. Конечно, нежный, милый и слабый пол его интересовал. Но герой наш был: а) слишком беден и б) слишком горд. Потому что, чтобы ухаживать, нужны деньги. Нет, не покупать любовь, — не это имеется в виду. А для того, чтобы подарить букетик цветов; хотя бы незабудок – это его любимые цветы. (После его свержения, за появление с незабудками на сцене, мадемуазель Жорж – лучшая трагическая актриса Франции – была отставлена от сцены за Бонапартистскую демонстрацию.)

Да, чтобы хотя бы подарить букетик незабудок. Чтобы, гуляя с девушкой, зайти в кафе, угостить ее оранджем – так называли лимонад, — мороженым, купить ей хотя бы пирожное или сделать другой подарочек: souvenir d'amour — подарок сердца, подарок любви. Надо было где-то потанцевать с ней – надо было заплатить за вход... И поэтому он держался долгое время в стороне от девушек, смиряя свои страсти, перекачивая эту энергию в образование, в размышление, в нравственные заметки.

Он довольно рано начал вести записи, тетради, дневники, манускрипты сохранились. И не удивительно, что, когда он, наконец, смог позволить себе любить, он написал о своей любви роман. Роман есть, издан во Франции при Наполеоне Третьем — племянник относился к памяти о своем великом дядюшке с большим пиететом — и даже переведен на русский.

Продолжение следует...

[сентябрь, 2020]
Социальный плакат от
Социальный плакат от "Подписных Изданий" / художник: Алиса Юфа

События

09.10.2020
Вышла в свет книга Игоря Черкасского — сборник «легенд для книжных детей», проиллюстрированная картинами художника Светланы Корниловой. ИД «Городец»
27.09.2020
Обзор публикаций и деятельности Музея за время карантина, электронная альтернатива очередного тома «Книги Сокровищ» — для друзей Музея, которым важно быть в курсе новостей Книжной галактики. ​​​​​​​
15.07.2020
Первая церемония награждения ДИПЛОМОМ за избранный творческий проект среди библиотек.
11.07.2020
Музей уникальных вещиц разыскивает автографы для своей коллекции
17.05.2020
Музей уникальных вещиц примет в дар любую БУКВУ для именного указателя - навигатора по Музею.
Охрана интеллектуальной собственности: Украина, Болгария, ЕС
Охрана интеллектуальной собственности: Украина, Болгария, ЕС