Знакомство с АРХИТЕКТОРОМ КНИГИ: интервью АННЫ АМАСОВОЙ

От Музея: Интервью главного редактора портала «Музей уникальных вещиц». Аня Амасова отвечает на вопросы о прошлом, настоящем и будущем — своем и Музея. Вежливо интересутеся (для филологического факультета НИ ТГУ)  — студент Кирилл Морозов.

Отвечает: Аня Амасова
Вежливо интересуется: Кирилл Морозов
Санкт-Петербург - Томск, янв., 2026
Фотограф: Светлана Аввакум

Книга — это объект культуры, но вместе с тем и вещь, ее распространяющая. Она хранит истории и передает знания, она запоминает и объясняет. О людях, вдыхающих в книги содержание, мы знаем, ведь их имена выписывают прямо на обложке, они известны как авторы. Однако есть и те, чьи руки помогают уточнить, доработать и донести содержание, — это специалисты многих профилей, но всех их можно назвать издателями. В некотором роде они — это тоже деятели культуры, но их имена пишутся уже внутри книги, в самом ее конце, куда отваживаются заглянуть единицы. Это интервью посвящено одному из них: независимому издателю, главному редактору портала «Музей уникальных вещиц» и детскому писателю, создавшему мир «Пиратов Кошачьего моря» — Анне Викторовне Амасовой.

«Нельзя же быть писателем,
если ты ничего не делаешь, не узнаешь нового,
не исследуешь этот мир...»

К.М.: Как ваши дела в последнее время?

А.А.: Я бы охарактеризовала свои дела в последнее время как «получение потока энергии для конструирования новой реальности».

Прямо сейчас я дописываю девятую книгу «Пиратов...». В Музее — во-первых, сформирован план статей по февраль. Во-вторых, готовим к подарку библиотекам книгу совместно с кафедрой издательского дела, общего литературоведения и редактирования НИ ТГУ и парой чудных девчушек оттуда — я довольна. В жизни... появилось вдохновение придумывать новые игры для своих друзей — друзья невероятно меня поддерживают, — и очень надеюсь, из этих игр получится много хорошего для мира.

— В детстве кем вы мечтали стать, когда вырастете?

— Писателем.

Семья была уверена, что я если не Нобелевку по литературе получу, то, как минимум, стану Поэтом, равным по величине Цветаевой. Но с поэзией в 18 лет все оборвалось, а вот литература — это со мной осталось. Не знаю, насколько это был самостоятельный выбор, но мне нравится, когда у меня что-то отлично получается, и когда все вокруг — семья, преподаватели, друзья — убеждают, что у тебя получается именно это, ну как бы: «Значит, нам туда!»

— Для меня вы являетесь иллюстрацией выражения «человек — оркестр». Вы и издатель, и писатель, и главный редактор своего портала. Как вы относитесь к каждой из своих граней?

— Писатель и главный редактор — по-моему, это звучит органично... Как вполне себе смежные и дополняющие грани, даже довольно часто встречающиеся в нашем мире. Может быть, вовсе одна грань. Нельзя же быть писателем, если ты ничего не делаешь, не узнаешь нового, не исследуешь этот мир, не... В общем, надо получать новый опыт! И когда ты главный редактор — ты бесконечно можешь генерировать себе этот опыт в любом направлении, в каком только пожелаешь.

Второе — это, конечно, некая роль писателя в обществе. Зачем он нужен-то? Не ради же «сохранить, как красиво он умеет писать!». Он нужен, чтобы менять этот мир, влиять на общество, концентрировать и направлять людей, передавать опыт «детям и взрослым», рефлексировать от имени общества... То есть смысл «писательской деятельности» — с некоторой долей условности, конечно же, — в том, чтобы стать «слышимым голосом» (и «ушами, которым хочется рассказывать»). А раз ты — «слышимый голос», то ты обязан и что-то «слушать», и что-то «говорить».

Я — рассказываю людям «сказки». Создаю для них уютные миры. В надежде, что они мне поверят и захотят найти себя в этих новых мирах, воплотить мои «сказки» в жизнь. И это я не про «Пиратов…», — не только про них...

Плюс, если ты писатель с организаторскими способностями, с редакторской составляющей (когда у тебя много талантливых друзей, разделяющих твои взгляды) — прямой путь в главные редактора какого-нибудь портала...

Издатель... ну, это со мной случилось, говоря откровенно, скорее, от безысходности. Когда в мире нет подходящего для тебя (как для редактора — не автора!) издателя, приходится самой становиться той, о ком мечтаешь. Не выношу страданий других людей (а как автор чувствую потребности творческих людей сильнее, потому что разделяю).

Я не люблю себя как «коммерсанта» и «директора» — мне тяжело даются обе эти роли. Поэтому в «Музее…» заниматься книгоизданием мне несколько легче, чем в «Фордевинде» [изд-во «Фордевинд» существовало под руководством А.А. в 2009–2018 гг. — Прим. К.М.] — тут не приходится тратить время на всякую сопутствующую коммерческой деятельности ерунду, а можно сконцентрироваться на любви к людям, вдохновении и купаться в творческом потоке. Без «жестких планов» и «кипиай» — фо фан¹, с теми, кто хочет и нуждается в этом, для тех, кто близок... Удивительно приятное чувство свободы! Хотя, надо признаться, мне немножечко этого мало... Но я работаю над этим — то есть как минимум «лежу и думаю в эту сторону...».

Вообще, мне кажется, что моя, как ты говоришь, «многогранность» и «оркестровость» — именно то, что позволяет мне оставаться любопытной к этому миру, видеть его с очень разных — иногда прямо противоположных — сторон — это, пожалуй, самое главное и ценное для меня тут!

«„Издательский мир“ — это то,
что я наблюдаю с рождения»

— Прежде чем стать независимым издателем вы сделали себе богатый послужной список в этой сфере. С чего начиналась ваша карьера в других издательствах?

— У меня это семейное: мама всю жизнь проработала в издательстве, поэтому «издательский мир» — это то, что я наблюдаю с рождения. Он для меня не «чужой мир, куда я хотела попасть», а «родной мир». То есть у меня изначально не было никакого другого мира, потому что я вообще не представляла, какие они — другие миры, и как в них вообще жить... Поэтому я уже в 18 лет работала в «мамином» издательстве, а в 19 перешла в «Азбуку». Меня взяли в «торговый отдел», а потом, учитывая мое доскональное знание всех книг издательства и способность увлекательно рассказывать о них, перевели в «Подписные издания» эти книги продавать... То есть мир — мой. Другое дело — кем я тут могу быть…

В общем-то, я могла бы всю жизнь проработать машинисткой, вай нот²... Но примерно в 19, то есть тридцать лет назад, я случайно влюбилась в издателя, главного редактора (в самом высоком смысле «влюбилась»!) и поняла, что шансов с ним пересекаться в этой жизни, если все останется на своих местах, у меня нет. А мне очень хотелось — ну, знаешь, как-то иметь возможность видеться по деловым вопросам, о чем-то общаться, вообще знать, что я ему нравлюсь... Поэтому в 19 я решила, что буду редактором, писателем и изучу его уровень! Это стало мотивом для выбора вуза, направления, вообще поступления...

И вот, с 3 курса я работаю в издательствах. Сначала меня взяли в отдел маркетинга и рекламы в «Азбуку». Потом я поняла, что слишком в этом хороша и останусь здесь навсегда, в то время как хотела-то совсем другого — быть редактором! А может, и книги писать. Поэтому я слиняла, бродила по разным издательствам, к 26 годам сделала себе имя как литературный редактор и писатель, и меня взяли в «АСТ» (питерская редакция «Астрель-СПб») — сначала писателем, а потом и ведущим редактором. А собственное издательство я открою через несколько лет...

— Получается, книга является вашим семейным делом вот уже несколько поколений или все это, скорее, череда совпадений интересов?

— Дети военных, как правило, становятся военными, дети режиссеров и актеров — актерами и режиссерами... Мне кажется, в этом вообще ничего удивительного-то и нет. Ты это знаешь, ты это видишь каждый день, у тебя там целая армия ангелов в лице твоих родственников и их коллег, обожающих тебя с детства... Тебе просто легче освоиться в мире, потому что не надо ни к чему приноравливаться — ты уже говоришь на этом языке, ты тут каждый камушек знаешь.

— У вас есть яркая метафора о Книжной галактике. Как она появилась?

— О! С метафорой получилось интересно: когда я забросила издательство и придумывала, чем заниматься, я смотрела открытые лекции нашего Политеха, а там был такой потрясающий профессор астрофизики Дмитрий Варшалович! Как же он рассказывал про вспышки сверхновых и жизнь звезд! И как мне его лекция вдруг открыла глаза на происходящее! Я не знаю, как это объяснить... Как будто два мира совпали, сошлись в одно. И я вдруг нашла через это совпадение слова для всех явлений и процессов в своем книжном мире...

Еще у меня есть друг — астрофизик, бывший коллега по «Азбуке», редактор в издательстве «Питер», мог бы быть директором моего «Фордевинда» (на стадии проектирования издательства был такой план), но его тогда сманили директором в Пулковскую обсерваторию... Поэтому директором издательства пришлось стать мне. И так как его мир для меня дружественный, то я с удовольствием продолжаю узнавать и находить новые слова для явлений и процессов.

— Выходит, так эта Вселенная и расширяется — за счет новых слов, которые удачно ложатся на книгоиздание?

— Прекрасная мысль!

«Книжная галактика
соседствует с целым рядом других галактик»

— Ваш портал называется «Музей уникальных вещиц». Как он получил такое название?

— Сразу! История заключалась в том, что мне хотелось максимально дистанцироваться от «коммерческого мира»... И снова о важности друзей... У меня есть друг, владелец и создатель музеев. Видимо, в кризисный для меня момент я изливала ему свои сомнения и душу, а он меня поддержал... Как-то навел меня на мысль о «Церкви» (точно помню, в ответ на вопрос: «Так чего Вы хотите?» — я ответила: «Ватикан»), но это (имею в виду — религию) не совсем подходящая игра. Полезла по родственным «Издательствам» и «Церквям» отраслям культуры... Это точно не мог быть «Театр»! Это точно не «Университет»!... Что же, что? Ну точно! Это же идеальный «Музей»! И все мгновенно срослось и заработало, и появились слова, описавшие мои цели и задачи, как оказалось, вот уже на 8 лет... Это и издающая организация, и место сохранения культурных объектов, и научно-исследовательское учреждение, и все-все-все, что я только планировала тогда вчерне.

— Мне кажется, в подобных проектах на первых порах приходится подключать всех своих знакомых, но в процессе уже проект сводит вас с новыми людьми. Так ли оно было в вашем случае?

— Безусловно, любой новый проект — это увеличение твоей базы контактов, как следствие — расширение картины мира. Изначально проект задумывался для «жителей книжной галактики», но довольно быстро оказалось, что «для книжной и соседних галактик»...

Первыми, как ни странно, оказались «главные бухгалтера России». Один из первых проектов Музея — это Открытое письмо Мишустину от главных бухгалтеров, инициаторами создания которого выступили мы с моим знакомым главбухом (я и сама же им была!). Мне также пришлось выступить его редактором и писателем — собрать отдельные претензии главбухов к налоговому ведомству в единое целое... А затем и опубликовать. И это даже «сработало» — письмо заметили, я общалась с представителями налоговой (вспоминаем роль писателя в обществе)... Это было так странно! Потом уже стали «собираться» какие-то другие детали вселенной — звезды-авторы, звезды-художники, правители разных планет, стали приезжать в гости на космических ракетах «на гастроли» артисты, режиссеры и представители других смежных профессий... Подтянулись Библиотеки и Переводчики. Поэты. Типографии. Создатели шрифтов. Преподаватели университетов и студенты. Изучились Литературные Агенты. Мы летали в соседнюю Вселенную — через черную дыру — КНР... Там издатели, авторы, художники, поэты и преподаватели тоже невероятно обрадовались и загорелись этой игрой!.. В общем, довольно широкий круг знакомых и заинтересованных людей самых разных профессиональных принадлежностей в итоге образовался вокруг «Музея...»

Я сначала переживала, не слишком ли разрастается мир, пока одна читательница в ответ на экземпляр (тогда еще бумажный) «Навигатора для книжных детей» не написала: «Суперически! Книжные дети — это же каждый из нас!». Тогда я поняла, что не только для меня Книжная галактика соседствует с целым рядом других галактик, куда мне интересно заглядывать, но вообще всякому культурному человеку это интересно. Что мы все представляем собой нечто общее, единую целую вселенную, и Книжная галактика — это такой «центр» этой вселенной. Пафосно, да?

— Пафос здесь более чем уместен. И последнее: какие дальнейшие планы по развитию «Музея...»?

— Как я сказала в начале интервью — во мне сейчас происходит концентрация энергии, которой хватило бы (по субъективным ощущениям) на создание еще одного нового мира... И я как раз «лежу и думаю в этом направлении»... То есть план пока выглядит так: я заканчиваю девятую книгу пиратов — и реализую тем или иным способом, на той или иной площадке это «созидание». Потому что смысл любой научно-исследовательской деятельности — по моему убеждению — это быть реализованным в практике.

Более подробных сведений у меня пока нет, так как этот мир я планирую созидать не в одиночку, а люди всегда обладают «свободой воли», это моя принципиальная позиция. Поэтому я просто ощущаю какое-то новое верчение калейдоскопа, что все элементы на месте и могут сложиться, и даже обязательно сложатся, но из-за свободы воли и «эффекта Мерлина–Ути-Пути» (это концовка девятых «Пиратов…») — пока не могу предсказать более точную картину будущего...

______________

1 For fun — ради удовольствия. 
2 Why not? — почему нет?

[январь, 2026]