О ЛИЦЕНЗИЯХ НА ШРИФТЫ: беседа за мандаринами

Художник Рената Филимонова Денис Васильев TypeType

От Музея: Зимние встречи особенно яркие и теплые: горячий кофе располагает к доверительной и умной беседе, а мандарины придают ей сочный оттенок веселья и почти детского хулиганства. Именно такой — с мандаринами и кофе — была встреча Музея с Денисом Васильевым, главой клиентского отдела компании «ТайпТайп» (TypeType) — российского разработчика шрифтов, в ходе которой мы попытались получить ответы на часто возникающие вопросы по использованию шрифтов и видам лицензий. Так как встреча проходила в рамках Межотраслевого конгресса «Шрифты и Книги» — разумеется, мы рассматривали шрифты и лицензии в узком разрезе их использования для целей создания материальных объектов, печати и книгоиздания.
Беседуют: Аня Амасова (А.А.) и Денис Васильев.

Расшифровка записи и набор: Юлия Симкина
Илл. «Мандарины»: худ. Рената Филимонова
Портрет и буквы: подарки Музею от TypeType

§ 1, в котором мы знакомимся
с главой 
клиентского отдела
TypeType и узнаем, 
чем занимаются люди в этом отделе

А.А.: Денис, давай представим тебя нашим читателям! Расскажи, пожалуйста, о себе: чем ты тут занимаешься и как вообще здесь оказался?

— Сейчас я руковожу коммерческим отделом, а пришел сюда в 2018 как менеджер этого отдела. Собственно, коммерческий отдел с того и начался, что я пришел. Закончив работать на предыдущей работе, думал, устроиться ли в доставку «Яндекс» или лучше таксистом, но тут мы встретились с Ирой [бывшая коллега ДВ. — Прим. ред.], и она сказала: «Приходи к нам работать в ТайпТайп!». Спрашиваю: «А что делать?» Отвечает: «Мы будем продавать шрифты».

Конечно же, я знал, чем они занимаются, — создают шрифты. Но с точки зрения коммерческого приложения был совершенно не знаком с процессом, да и никто не был с ним знаком, потому что и процесса как такового не существовало. Это теперь все чуть-чуть отлажено, а тогда — одна заявка в полгода! Я, конечно, шучу, но по сравнению с тем, что сейчас — небо и земля! То есть тогда была земля, — даже где-то немного «под землей», — а сейчас мы выбрались на горизонт. Но еще далеко не наверху.

А.А.: Хорошо, ты пришел, один как перст, — и как получилось, что теперь ты руководишь целым отделом?

— С началом пандемии коронавируса, в 2020 году, мы все тряслись, сидели по домам и думали: как это будет, что вообще будет? Дизайн остановится… дизайнеры остановятся… всё остановится… Но в реальности 2020 стал для нас таким «революционным» годом, когда увеличилось количество людей, которые хотят купить у нас шрифт, и под это дело отдел решили расширять.

То есть мы нашли одного человека, а потом — еще одного, и целых два человека стало у нас в отделе! А я — я бы сказал, был для них старшим менеджером. На конец 2022 года помимо меня в отделе 7 человек — «золотой фонд» нашей коммерции. О том, что я директор, я узнал совсем недавно, — в душе я до сих пор ведущий менеджер.

А.А.: Мне всегда интересно: что такое «клиентский отдел», — по факту это же «отдел продаж, коммерческий отдел», — когда мы говорим о видах интеллектуальной собственности? Чем конкретно занимаются люди?

— Они занимаются входящими заявками, обращениями от клиентов, общением с клиентами, контролем за лицензионным использованием шрифтов на веб-сайтах и в мобильных приложениях — да, мы можем контролировать использование наших шрифтов в цифровой среде через наших партнеров и специальное программное обеспечение. И еще один из них занимается активностью в триальных [тестовых. — Прим. ред.] версиях шрифтов: если человек скачал триальный шрифт, значит, он ему зачем-то нужен, — иногда ему надо оказать поддержку в формулировании вопроса, узнать, чем мы можем ему помочь. Поэтому те, кто скачивает шрифты, оставляют нам свой почтовый адрес, и менеджер Настя с ними работает: пытается выйти на контакт, посмотреть, кто они, что они, узнать про судьбу проекта, для которого скачан шрифт, и так далее.

А. А.: А чем вы можете им помочь?

— Мы ведь продаем не только лицензии на шрифты, мы продаем разные услуги. Например, мы создаем шрифты с нуля. Мы делаем мастеринг. Мы можем поменять название шрифта или встроить в его состав логотип — это простые и недорогие модификации, способные сильно облегчить работу. Мы делаем персональные лицензии. Короче, есть очень много информации, которой потенциальный клиент не знает, но в диалоге с нами он мог бы найти решение своей конкретной задачи.

 

§ 2, в котором мы узнаем
о множестве разнообразных лицензий на шрифт
и наконец-то услышим, чем они отличаются друг от друга

А.А.: Давай перейдем тогда к вопросам, волнующим наши любимые книжные издательства, а заодно — редакции научных учреждений, театры, библиотеки, музеи и всех, кто занимается использованием шрифтов в реальном мире. Мне кажется, люди в издательствах не похожи на тех ребят, что разрабатывают сайты и приложения…

— Точно — не похожи.

А.А.: Поэтому давай начнем с самого главного: какие лицензии есть в TypeType, делятся ли они по видам использования и если да, то чем эти виды отличается?

— Первое — это коммерческое использование наших готовых шрифтов. Эти шрифты уже находятся в библиотеке, и мы продаем на них лицензии. То есть разрешаем путем лицензии использовать готовый шрифт в тех или иных областях. Такая лицензия для коммерческого использования — это письменно закрепленная договорённость, которая оплачена деньгами, на использование там и там такого результата интеллектуальной деятельности.

А.А.: Для книгоиздателей это вполне понятно, потому что так мы и работаем — с авторами, с художниками, с фотографами, с музеями. Мы покупаем или другим способом получаем лицензию на использование результата интеллектуальной деятельности.

— Второе — у нас есть триальное использование. Это ознакомительное использование шрифтов, которые вы можете на пробу скачать с сайта и установить себе на компьютер. Но, по условиям этой лицензии для ознакомления, шрифты должны быть использованы или в незавершенных личных проектах, или для примерки коммерческого проекта. Скачали, посмотрели — не подходит, удалили. Скачали следующий — подходит, круто! Показываем клиенту, клиент сказал: «Оk», — лицензия все-таки покупается.

А.А.: Оставив свой адрес?

— Да! Имя, псевдоним. Можно оставить комментарий: «Я хочу использовать этот шрифт в макете детской книжки». Иногда дизайнеры пишут подробное описание, где планируют использовать шрифт, — в основном зарубежные ребята детально описывают. Плюс можно добавить: «Свяжитесь со мной». Или, используя комментарий, указать место работы и должность: «Я Денис из компании TypeType, коммерческий отдел, хочу скачать этот шрифт для того, чтобы...». После этого вам на почту приходит шрифт с триальной лицензией, где написано, что можно делать, что нельзя. В частности, написано, что можно установить на компьютер, использовать для теста на своем компьютере и можно использовать в студенческих целях.

А.А.: То есть триальная лицензия, по сути, еще и бесплатная учебная? Если мои студенты скачали какой-то новый шрифт от TypeType, они смогут просто вам написать и рассчитывать, что могут использовать в своей, допустим, курсовой работе?

— Да. Например, у вас идет какой-то образовательный процесс и одной из частей этого образовательного процесса является верстка обложки для книжки. Триалы для этого вполне подходят. Студенты могут их скачать, сделать макет и даже показать в качестве портфолио студенческий проект — лицензия это позволит, выступив учебной лицензией, если это проходит как учебный проект, созданный в результате учебного процесса.

А.А.: Важно уточнить: где проходит граница между учебным некоммерческим и учебным коммерческим использованием?

— Если книжка лежит в «Буквоеде», и ее цена 100 рублей, то это уже коммерческое использование, даже если это учебный проект, и, значит, это нарушение учебной лицензии. Такие случаи раньше были, когда кто-нибудь предоставлял студентам бесплатные шрифты, а студенты выходили из ВУЗа и начинали штамповать с этими шрифтами какую-то коммерцию, — это все ловилось, были большие или маленькие разборки. Здесь строго.

А вот если вы напечатали созданные студентами книжки и передаете их в детские сады и детские дома, то вы приходите к нам с пачкой книжек и говорите: «Ребята, мои студенты сделали очень много классных книжек, вот это все — учебный проект, а детям круто с таким взаимодействовать», — и это некоммерческий проект. Некоммерческим проектом считается тот, который не сделан за деньги и не продается за деньги.

_________________

«...Некоммерческим проектом считается тот,
который не сделан за деньги
и не продается за деньги...»
________________

Третье — у нас существуют социальные лицензии, когда мы можем дать лицензию в подарок — допустим, вы делаете социальные проекты для помощи животным или детям-инвалидам… Например, мы давали такую лицензию для фонда «Ночлежка». Ребята просто пришли к нам и сказали: «Мы для “Ночлежки” делаем проект, денег нет». Мы сказали: «Денег не надо».

А.А.: И как это оформляется? Что является подтверждением законности использования шрифта, если по сути ничего не приобретается, то есть лицензии как «оплаченной деньгами письменной договоренности» не существует?

— Для таких лицензий у нас есть форма письма-разрешения: мы пишем письмо, что этим письмом разрешаем использование шрифта в рамках, допустим, создания визуального стиля для поддержки фонда «Ночлежка». А у нас остается от них благодарственное письмо.
Тоже самое мы делали для Этнографического музея: там наши партнеры-клиенты создали фирменный стиль с использованием наших шрифтов.

А.А.: Можно ли это подать как некое предложение для музеев, театров или библиотек? У них очень сложно происходит процесс бюджетирования — подробный план на несколько лет вперед. Чаще всего они говорят: «Было бы замечательно, если бы в России был какой-то единый центр, который бы занимался такими вещами на деньги меценатов, а потом нам дарил!». Мне кажется, они очень боятся «подставить» государственную систему: там такие штрафы!

— Мы не сможем им помочь сделать дизайн, но дать лицензию на шрифт, думаю, можем. Самое главное, чтобы государство не боялось принимать их в дар, потому что некоторые клиенты у нас покупали даже бесплатные шрифты! Люди пишут: «Ребята, можно использовать в логотипе, в вывеске, на сайте, в видео показать?». Я им отвечаю: «Можно. Эти шрифты распространяются по бесплатной лицензии. Берите!» А они сказали: «Мы не можем получить в дар, потому что у нас образуется на балансе какой-то инструмент, пусть даже его нельзя потрогать, и за него надо отчитаться, как за все инструменты и материалы, использованные при подготовке тех или иных макетов».

А.А.: Вполне может быть: ПБУ [правила бухгалтерского учета. — Прим. ред.] для бюджетных учреждений здорово отличаются от ведения бухучета небольших коммерческих компаний. Но мы, как я понимаю, уже перешли к четвертому виду шрифтов — бесплатные шрифты? Думаю, многим бы хотелось узнать про них подробнее. Что важно при их использовании и какие ограничения?

— Да, и в-четвертых, у нас есть бесплатные шрифты. Их делал Иван Сергеевич Гладких, наш технический директор, — шрифты, которые использовались в проектах. Из ограничений: главное — не меняйте файловый состав шрифта! В графическом редакторе можете растягивать, круглить и все что угодно. А вот все, что внутри — вставить какой-нибудь глиф или использовать программу, которая помогает поменять букву, — это можем делать только мы, разработчики, если нам отдельно написать.

А.А.: Если кто-то получает от вас разрешение на бесплатное использование ваших шрифтов, вы тоже даете официальное письмо?

— Да, на официальном бланке, с реквизитами, и — кому.

А.А.: Третье лицо может выступить плательщиком? Условно: какая-нибудь «Северсталь» или там «Газпром» являются друзьями-партнерам Мариинского театра или Русского музея. Могут эти друзья купить лицензию на шрифт не себе, а театру-музею?

— Да, конечно, оплату примем от одной организации, а лицензию дадим на другую.

А.А.: И раз уж мы начали говорить про книги, давай ими и закончим эту часть: что за витающая в атмосфере TypeType идея про специальные лицензии для детских книг?

— Мы коммерческая организация, цель которой заключается в получении прибыли. Однако мы понимаем, что есть такие направления работы пользователей наших шрифтов, где важно достичь красоты и качества продукта при минимальных бюджетах. Одним из них являются книги для детей. Мы видели много экземпляров детской литературы, где в верстке использовались наши шрифты, — это что-то волшебное. Не сами шрифты — они тут лишь инструмент (хотя и хороший инструмент), а то, как дизайнеры детских книг умело пользуются ими в работе. Мы всячески поддерживаем это направление и готовы передавать наши готовые шрифты на специальных условиях для создания детских книг, вплоть до безвозмездного предоставления лицензии. Хотя, если нам подарят пару «авторских экземпляров» — будет вообще супер!

 

§ 3, в котором мы касаемся проблем законодательства,
отсутствия отраслевых правил игры
и пробуем придумать практику взаимодействия

А.А.: Теперь, наверное, небольшой блок вопросов исключительно от книгоиздательской отрасли. Так как издатели мне близки, думаю, что смогу их сформулировать (и, в свою очередь, дать какие-то ответы, если понадобится, — было бы честно обменяться ответами на интересующие нас темы). Итак, первый: нередко мы в издательской жизни сталкиваемся с тем, что разработчики шрифтов со временем меняют условия лицензии. Это тяжело для издателей. К примеру: был шрифт по бесплатной лицензии, издатель (и юрист) его одобрил, а сотрудники издательства сваяли макет. Книгу издали. Проходит несколько лет, готовится доп.тираж… И вот тут, если разработчик изменил условия лицензии на уже использованный шрифт, у нас возникает проблема — получается, из-за этого книгу надо переделывать, и это уже будет другая книга: новый дизайн, новый макет, другой ISBN — миллион мешающих работе и распространению книги нюансов! Что с этим делать? Как гарантировать, что то, что было использовано первый раз по бесплатной лицензии, то оно так и останется для дальнейших переизданий бесплатным?

— Если TypeType бесплатно дал лицензию, в ней прописано, что она бессрочная, и это как закон — обратной силы не имеет. А вот если это было скачано у кого-то где-то как бесплатный шрифт, и разработчик шрифта сделал платным, здесь ничего не поделаешь. Все зависит от того, как шрифтовик подходит к общению с партнерами. Конечно, ты можешь выпустить шрифт как бесплатный, а потом его доработать и сказать: «Теперь я буду его лицензировать!» (хотя такое в практике случается крайне редко). Тебе в ответ будут писать, что скачали же бесплатно, а ты возразишь: «А нужно было узнавать!» Или политика лицензирования какой-то компании подразумевает ежегодное обновление лицензии (а вот это становится все более популярным — ежегодное обновление для использования на веб-сайтах и в мобильных приложениях). Юридически можно играть в любые игры, если создатель шрифта хочет какую-то быструю выгоду получить. Но надо помнить, что она разовая. Мы же ориентируемся на долговременное сотрудничество.

А.А.: Раз мы дошли до этой темы — контроль, — это дико интересно и я хочу подробностей. Потому что законодатели очень много чего придумывают любопытного, что у меня вызывает некоторое недоумение и вопрос: «Ребята, а как вы собираетесь это контролировать?». Насколько я понимаю, если шрифт не использован на обложке, которая попадает в цифровой мир, или объект со шрифтом не находится в виде PDF-файла в сети, — то и нет иной возможности осуществлять контроль, кроме как просто ходить по магазинам…

— Только глазами, да. Причем ходить должен тот, кто визуально считает шрифт.

А.А.: Но на самом деле это же невозможно?

— Мы можем, конечно, рассказать историю, что у нас есть специальный отдел, который ходит, и задача каждого сотрудника — отсмотреть тысячу книжек в день, но это не так.

А.А.: То есть, условно, для грамотного поддерживающего взаимодействия все участники книгоиздательского процесса должны понимать, что все мы — и издатели, и шрифтовые компании — являемся частями единой структуры, и договориться о том, чтобы придерживаться выработанных отраслью правил? Хотя мне кажется, что с отраслевыми правилами у нас все очень слабо сейчас…

— Условно — так. Но использование в печати платных шрифтов не так распространено, как хотелось бы. Одна из болевых точек — это разность лицензий «поставщиков». У кого-то лицензия зависит от тиража, у кого-то — от «покупателя» и так далее. Другая болевая точка — несовершенство законов, которое дает большое поле для юридических скандалов и крупных штрафов. Поэтому юристы, имеющие какой-то болезненный опыт за спиной, пытаются все эти риски предусмотреть, учесть и ответить себе на вопрос: «Как бы так пресечь их до?». И все доводится до абсурда: простые вещи начинают произноситься канцелярским языком, и здесь даже ты уже тонешь в терминологии, а обычные люди, которые просто хотели взять шрифт для чего-то, они совершенно не понимают — ни что тут написано, ни можно ли это обсуждать? Да — можно и надо обсуждать!

А.А.: Напомним читателям, что шрифт — это охраняемый объект интеллектуальной собственности как графический объект плюс программное обеспечение, и лицензионные отношения его использования регулирует все та же IV часть ГК РФ. Вряд ли нам удастся решить все проблемы законодательства, приводящие к скандалам и непониманию, — например, кем именно должен быть приобретен шрифт, является ли это обязанностью производителя чего бы то ни было, или все-таки зона ответственности дизайн-студии, которой производитель заказал за деньги упаковку или логотип, — но какие-то отраслевые правила мы можем создать и придерживаться их. Я бы, например, хотела, чтобы в лицензионном соглашении был пункт о необходимости указывать на обороте титула или странице выпускных сведений компанию-разработчика шрифта. Это логично: мы указываем художника, автора, переводчика, музей, подписываем изображения и картины — или издательство хотя бы благодарит за предоставленные объекты. Почему бы не делать того же со шрифтами?

— Эта информация, безусловно, важна. Любая информация, указанная на носителе, где использован шрифт, — важна.

А.А.: И, возможно, именно вы могли бы как раз ввести практику описания многих используемых шрифтов в одной книге, потому что этой практики нет, и дизайнеры вместе с редакторами безуспешно пытаются понять, как оформить такую запись, если в книге использовали восемь шрифтов? И — где именно? Ведь по устаревшему и никем уже не использующемуся ГОСТу на шрифт (раньше его указывали в рабочих сведениях для типографии, какой набор железных литер, из какой гарнитуры, им использовать) отведено полстрочки петитом…

 

§ 4, маленький и заключительный,
где рассказывается 
о том,
как работалось компании в 2022 году

А.А.: Вот еще что хотела спросить! 2022 год был… непростым. Скажи, пожалуйста, что-то изменилось у вас в этом году?

— В мае мы сократились: с началом февральских событий ребята разъехались. Из коммерческого отдела перископом глядя на все это, могу сказать, что, наверное, сложно встраивать удаленных сотрудников в рабочий процесс — потому что у всех разные часовые пояса, потому что ребята решают свои задачи, им надо обжиться в тех местах, куда они приехали…

А.А.: На удаленке люди начинают меньше работать?

Всё по-разному, от людей зависит. Но я склонен думать, что это из-за несоответствия графиков. Был момент, — не знаю, сказка не сказка, — НЛО похитили одного из дизайнеров… (это я шучу!) ...у дизайнера сломался ноутбук, и надо было вопрос решить, так как ноутбук — это рабочий инструмент. А человек этот — там…

А.А.: А как год сказался на работе клиентского отдела?

Этим летом у нас стало больше работы. Когда пользователи услуг встретились с поставщиками этих услуг на отечественном рынке. И оказалось: «Ах, вы такие классные! У вас можно покупать шрифты! А вы еще можете это и то, да еще и скидки делаете, — где же мы раньше были?!»

Музей благодарит компанию TypeType за удивительно вкусные мандарины,
радостные конфеты, пятичасовой хохот с перерывом на обсуждение важных вещей

и особенно выражает благодарность организатору встречи — Паше Мурашову.

[март, 2023]

События

15.05.2024
Благодарность от Оренбургского Государственного Университета главному редактору Музея уникальных вещиц Ане Амасовой за мастер-класс «Практика перевода книг-картинок, графических романов и книг художников».
11.05.2024
Музей встретился со студентами Академии Асада (Каир), которые подготовили для нас презентации и переводы арабских сказок.
04.05.2024
4 мая 2024 года в День Рождения знаменитой музы Льюиса Кэрролла — Алисы Лидделл — Музей анонсирует запуск в работу книги о пиар-легенде с погружением в «кроличью нору» научных технологий управления общественным мнением авторства Алисы Кербер.
05.04.2024
13-й аннотированный дайджест статей Музея по итогам первого квартала 2024 года.
05.03.2024
C 28 февраля по 10 марта в Большом зале Санкт-Петербургского Союза Художников на Большой Морской проходит выставка иллюстраций книг для детей и юношества.
Следите за новостями проекта в разделе
Следите за новостями проекта в разделе "Книжная галактика. - Дипломатия"!